В международном налоговом праве точность перевода может стоить миллионы. Турция снова столкнулась с этим на практике — спор по соглашению об избежании двойного налогообложения с Иорданией стал примером того, как одно слово в разных языках может изменить налоговые обязательства компаний.
Проблема: разные тексты — разные смыслы
Международное право не предписывает, на каком языке должны подписываться договоры. Обычно страны выбирают английский, французский или свои официальные языки. Однако разночтения между версиями на разных языках неизбежны — термины меняют смысл в зависимости от контекста, правовой системы и времени.
Особенно уязвимы налоговые соглашения: один и тот же термин может по-разному интерпретироваться в американском и британском английском, в турецком и арабском правовом поле.
Казус Турция–Иордания: как исчезнувшее слово изменило налог
В соглашении между Турцией и Иорданией, подписанном на турецком, арабском и английском языках, возникла ошибка перевода.
В английском оригинале содержалась формулировка:
“industrial, commercial or scientific equipment” — «промышленное, коммерческое или научное оборудование».
Однако в турецкой версии эта фраза была пропущена.
Речь шла о налоге на доход, полученный иорданской компанией, сдающей в аренду самолёт через посредника в Молдове.
💡 Турецкая налоговая служба (GİB) сочла, что в случае расхождений приоритет имеет английский текст, а значит, доход следует считать роялти, облагаемой налогом не выше 12%.
Решение суда
Дело дошло до Даништая (Государственного совета).
Высшая судебная инстанция постановила:
• соглашение действительно содержит три языка (турецкий, арабский, английский);
• при расхождении версий нужно сверять все тексты,
• если расхождения сохраняются, приоритет имеет английский вариант.
Тем самым суд отменил решения нижестоящих инстанций, ранее поддержавших налогоплательщика.
Кейс нашего клиента: Турецкая логистическая компания с лизинговыми активами за рубежом
Компания из Измира, работающая по смешанным контрактам с партнёрами из ОАЭ и Казахстана, столкнулась с тем, что в соглашении об избежании двойного налогообложения между Турцией и Казахстаном термин “industrial equipment lease” был переведён как «прокат оборудования», тогда как в турецкой версии использовалось выражение «коммерческая аренда».
📉 В результате налоговая администрация Турции классифицировала полученные доходы как роялти, применив 10% удержание у источника,
в то время как компания исходила из положения о «доходах от коммерческой деятельности», полностью освобождаемых от налога.
После обращения к нашим экспертам была проведена лингвистико-правовая экспертиза текста соглашения, подтверждающая расхождение перевода.
На основании официального английского текста удалось добиться перерасчёта налога и возврата переплаты.
💬 Вывод: одна формулировка в двуязычном договоре изменила налоговую нагрузку на 8,5% от годового дохода.
Практический вывод для бизнеса
Наши эксперты рекомендуют компаниям, работающим по международным договорам:
- Всегда сверять оригинальный текст соглашения (обычно английский).
- Не полагаться только на турецкую публикацию в Resmî Gazete.
- В спорных случаях привлекать юристов, владеющих языками всех официальных версий.
- При подготовке контрактов указывать, какая языковая версия имеет приоритет в случае расхождений.
Один термин — миллионная разница.
Язык международного налогообложения требует не только точного перевода, но и глубокого понимания правового контекста.
#налоговоесоглашение #рискперевода #международноедокументирование #юридическаяэкспертиза #caseRelocationTR
